Аркадий Польшаков

 

                                      ПОЧТОВЫЙ ЯЩИК

 

Ох, как любят у нас из ничего секреты делать. Гриф “С” сопровождал меня буквально с пеленок. Частично это было связано с тем, что отец был военным, мать - медицинским работником, а тетка работала в «почтовом ящике».

Ребенком я очень долго не мог опять, как наша тетя Мотя может работать в почтовом ящике. Ведь она была такая большая и толстая, а почтовый ящик - совсем маленький...

Потом, конечно, я узнал, что почтовым ящиком называли предприятие, где тетя Мотя шила пеленки и белые тапочки.

Вы удивлены? Какая может быть связь между детскими пеленками н государственными секретами?

Оказывается, есть. По пеленкам и белым тапочкам можно вычислить, сколько потенциальных штыков в день “х” может быть призвано в армию. Как разъяснил мне дядя Коля из “серого дома”, если сложить все детские пеленки и отнять все белые тапочки, то получится совершенно секретная цифра с грифом «ОВ» (особой важности). Поэтому старая фабрика, где работала тетя Мотя, была зашифрована в секретное предприятие п/я Ж-1313 с кодовым телеграфным наименованием «Белые тапочки». Теперь представляете, как переполошились в ЦРУ, узнав, что у русских есть секретное предприятие, которое в день «Х» может всех их обуть в «белые тапочки».

По аналогии с этой фабрикой, с той поры у нас повсеместно исчезли заводы, институты и КБ. Вместо них образовались ящики.

Таким образом, неудивительно, что у меня в детстве сложилось такое впечатление: человек рождается в ящике (колыбели), работает в нем (почтовом ящике) и после смерти его опять заколачивают в ящик .

Когда я вырос и окончил авиационный институт, то меня, естественно, сунули работать в один из ящиков. Вначале, как и другие молодые специалисты, я попытался изобрести что-то новое, свое, за что и пострадал, инициатива-то у нас наказуема. Оказывается, изобретать в ящике надо по ящичной инструкции - как страус, сунув голову в сейф.

После ознакомления с ящичной инструкцией и откровенного разговора с кладовщиком-гробовщиком по режиму, мне, честно говоря, расхотелось что-то изобретать. Я понял, что творить и изобретать в ящике совсем небезопасно и вовсе необязательно. Лучше сидеть тихо, как мышка, на дне несгораемого сейфа и сопеть в две дырочки через замочную скважину: зарплата и премия все равно идет.

Спросите меня, почему у нас раньше металла не хватало, хотя мы его больше других выплавляли? Ответ простой: да потому, что каждому нашему специалисту  несгораемый сейф нужен был, а то и два. А каждый сейф весит ни мало, ни много целый центнер. Во, куда металл гнали! Тогда сейфов больше чем холодильников было.

Нет, вы, конечно, не подумайте, что  все плохо. И наши специалисты будто сейфами забаррикадировались и ничего не делали, и ничего не изобретали. Мы изобретали и изобретаем. Если прикинуть,  то по всей стране в наших ящиках одни и те же «паровозы» изобретались десятки, а «велосипеды» - сотни раз, на что государственные мужи ухлопали уйму бюджетных средств .

Правда «паровоз» вашего технического прогресса, как тот бронепоезд , все еще стоит на запасном пути. И он долго будет там стоять, пока у нас действует ведомственный принцип: «Сам не гам и другим не дам».

Нет, вы опять не подумайте, что все  было плохо. Все было «хок-кей». Мы даже соревновались друг с другом. Знали бы вы, как интересно соревноваться в «почтовом ящике», где один сектор вызывает втемную на соревнование другой, не зная, что они там делают, и делают ли что-либо ...

Ныне в почтовых ящиках царит паника. Говорят, что скоро все заповедные ящики расколачивать, и раскулачивать будут. Конечно, директивно сменить название ящиков недолго. Только вот победить нашу профессиональную страусиную болезнь будет трудно. Ведь от многолетней работы в закрытых ящиках у  некоторых наших ответственных работников философия стала пещерной, а поход к делу - посылочный. Привыкли посылать далеко-далеко... туда, «где кочуют туманы...»

 

Из сборника юморесок Аркадия Польшакова  «Перестройка в зоопарке»

 

 

 

Сайт создан в системе uCoz